Перевод сайта

ruenfrdeitptes

Новости от наших коллег

Войти

Поиск

Dernières actualités Louvre

Musée du Louvre (Paris, France) : Dernières actualités

26 января 2021

  • La France vue du Grand Siècle
    Si les gravures de Silvestre ont été largement diffusées, ses dessins demeurent méconnus. Le musée du Louvre en conserve un ensemble exceptionnel qui sera  présenté au public pour la première fois.
  • Imaginaires, représentations de l'Orient
    La Fondation Lilian Thuram pour l’éducation contre le racisme et le musée national Eugène-Delacroix s’associent pour construire un projet singulier d’exposition et de médiation, offrant de présenter les oeuvres de la collection du musée de manière renouvelée. Un accrochage inédit de la collection du musée, dédié à l’Orient et à ses représentations, est proposé du 11 janvier au 2 avril 2018.
  • Delacroix, le dernier combat
    Film de Laurence Thiriat Fr., 2016, 52 min Au crépuscule de sa vie, Eugène Delacroix se lance dans un chantier monumental, la réalisation de peintures murales pour la Chapelle des Saints Anges dans l’église Saint-Sulpice à Paris.
  • Dans les pas d'un jardinier
    Colloque suivi d'un concert Sous la direction scientifique d’Hervé Brunon et Monique Mosser, CNRS, Centre André Chastel, Paris Le colloque s’inscrit dans le cadre de la programmation « Histoire et cultures des jardins », commencée en 2007 et conçue avec la collaboration scientifique du Centre André Chastel. Cette rencontre sera consacrée à la figure de Pascal Cribier (1953-2015), jardinier et paysagiste, qui fut notamment aux côtés de Louis Benech et François Roubaud le concepteur de la réhabilitation du jardin des Tuileries (1991-1996) et s’affirme, avec près de 180 projets réalisés à travers le monde, comme un maître d’œuvre majeur.

О.Л. Улемнова
Россия, Татарстан, Казань


П.М. ДУЛЬСКИЙ – ИСКУССТВОВЕД, МУЗЕЙНЫЙ ДЕЯТЕЛЬ, ПЕДАГОГ И ХУДОЖНИК


Искусствоведение Татарстана, изучающее закономерности и особенности развития художественной культуры края, всю его многоликость, обусловленную пограничным положением между Востоком и Западом, соединением православной и мусульманской культуры, берет свое начало в XIX веке в деятельности кафедры теории и истории изящных искусств (1863–1920) Казанского университета, где работали историки искусства В.К. Мальмберг, Д.В. Айналов, ставшие впоследствии известными российскими антиковедами, А.М. Миронов и другие. Область их интересов охватывала преимущественно историю искусства античности и эпохи Возрождения, что связано с классической направленностью университетского образования. Эта кафедра воспитала, можно сказать, плеяду известных российских и советских искусствоведов и деятелей культуры ХХ века: Б.П. Денике, А.А. Федоров-Давыдов, П.А. Радимов, П.М. Дульский [45, 71].
Изучение истории и культуры Востока, в том числе и на территории Казанской губернии, в первой половине XIX века было связано с Восточным разрядом Казанского университета , где работали известные российские ученые Х.Д. Френ, Ф.И. Эрдман, А.К. Казем-Бек, О.М. Ключевский и другие [4, 636]. Во второй половине XIX века в Казани изучались тюркологические и исламоведческие вопросы (Ш. Марджани, К. Насыри, Г.С. Саблуков, И.Ф. Готвальд, Н.И. Ильминский, Н.Ф. Катанов, И.А. Бодуэн де Куртене и другие); собирались и изучались археологические древности Волжской Булгарии (А.Ф. Лихачев, С.М. Шпилевский, И.Н. Березин и другие). Однако искусствоведческий подход к этой области оставался вне сферы научной деятельности казанских ученых того периода.
ХХ век в Казани ознаменовался повышенным интересом к изобразительному искусству и архитектуре собственного региона, как в их историческом аспекте, так и с точки зрения изучения современного художественного процесса, творчества выдающихся художников и архитекторов, связанных в той или иной степени с Казанью и Казанской губернией, Советским Татарстаном. Надо отметить, что эта тенденция в Казани проявилась уже на рубеже веков, отражая общероссийский интерес к истории русского искусства. Так, в самом конце XIX века Д.В. Айналов первым обратился к научному описанию фресок XVI века в Успенском соборе Свияжска, за реставрацией которых он наблюдал по поручению Московского археологического общества (1899) [45, 61]. А.М. Миронов, в 1908 избранный в состав Попечительного совета Казанской художественной школы (открытой в 1895 году), принимал деятельное участие в комплектовании специальной библиотеки КХШ и организации ежегодных художественных выставок [45, 68]. Самой значительной культурной акцией А.М. Миронова, вместе с его учениками Д.П. Деннике и П.М. Дульским, стала организация выставки «Художественные сокровища Казани» (1916), в ходе которой были выявлены и систематизированы 22 частных казанских собрания и экспонированы 225 произведений, получивших научное описание в каталоге выставки [7, 17–26]. Как справедливо отметила Е.П. Ключевская, «выставка «приобрела еще и некое итоговое значение, подведя черту под определенным этапом частного собирательства в крае в самый канун катастрофы 1917 года» [45, 68]. Приметой времени стал отклик казанских ученых и деятелей культуры на современные им художественные процессы. На страницах казанской прессы начали регулярно появляться рецензии Б.П. Денике, П.Л. Драверта, А.Ф. Мантеля и других на художественные выставки и издания, число которых в Казани заметно увеличивается. Однако для кабинетных ученых-искусствоведов эта сфера оставалась периферийной.
Целенаправленная же деятельность и значительные достижения 1910-х годов по изучению искусства Казанской губернии связаны, в первую очередь, с именем П.М. Дульского, для которого она стала центральной в его многогранной научной, организационной и творческой деятельности. Ему же принадлежит особая заслуга в развитии искусствоведения и музейного дела в Татарстане 1920-х – 1950-х годов. Без обращения к искусствоведческим трудам П.М. Дульского, общее число которых превышает 300, сегодня невозможны многие исследования. И в связи с этим необходимо назвать имя московского библиофила Г.Е. Климова , страстного поклонника многогранных талантов П.М. Дульского, в течение долгих лет собиравшего книги, связанные с именем П.М. Дульского, его художественные произведения, итогом чего стало издание каталога собранной коллекции, включающего наиболее полную библиографию П.М. Дульского на период до 1990 года [50] . Изучением разносторонней деятельности П.М. Дульского занимались казанские искусствоведы и историки Г.А. Могильникова [49], Г.А. Рамазанова [51], Л.М. Хуторова [56; 57; 58], Е.П. Ключевская [44], московские исследователи Г.Д. Злочевский [40; 41] и другие.
Неослабевающий интерес к искусствоведческим трудам П.М. Дульского и их актуальность подтверждают переиздания XXI века. Достаточно назвать репринтное издание «Памятники казанской старины и другие очерки об архитектуре Казани. 1914 – 1927 гг.», вышедшее в издательстве Сергея Бузукина (Казань) в 2013 [32]. Или воспроизведение в каталоге выставки И.И. Шишкина, прошедшей в ГМИИ РТ в 2012 году, монографии П.М. Дульского о И.И. Шишкине, уже при жизни автора выдержавшей два издания – в 1953 и 1955 годах [42, 122–159], и статьи 1926 года, посвященной рисункам живописца [42, 160–161].
Петр Максимилианович Дульский (1879, Оргеев, Бессарабия (ныне – Молдова) – 1956, Казань) первоначальное профессиональное образование получил как художник сначала в Одесской рисовальной школе (1895–1898), затем в Казанской художественной школе (1899–1904), где окончил граверное отделение. Искусствоведческое образование – на историко-филологическом факультете Казанского университета (1915–1919), где специализировался на кафедре теории и истории изящных искусств. В 1938 году ему была присуждена ученая степень кандидата искусствоведческих наук без защиты диссертации (по совокупности работ) [1] , в 1940 – звание заслуженного деятеля искусств ТАССР.
Свою искусствоведческую деятельность П.М. Дульский начал как художественный критик еще в 1909 году. Работая в то время преподавателем рисования в ремесленном училище города Слободской Вятской губернии, а с января 1911 года – Первом реальном училище в Казани, он находится в курсе художественной жизни не только Вятской и Казанской губерний, но и пристально следит за происходящим в России и за рубежом. Он публикует рецензии на художественные выставки Казани, Вятки, Одессы, Брюсселя на страницах казанской и вятской прессы: «Волжский листок», «Голос Вятки», «Вятская речь», «Приволжский край», «Казанский телеграф» и других. Знакомит провинцию со столичными новинками, помещая обзоры художественных журналов «Аполлон», «Весы», «София», «Баян», «Еженедельник архитекторов-художников», «Годовик», «Искусство и печатное дело» и других, рецензии на книги «История русского искусства» И.Э. Грабаря (1910), «Игрушка. Ее история и значение» Н.Д. Бартрама (1912), «Лепка в семье и школе» К.М. Лепилова (1912) и другие. Является корреспондентом центральных журналов «Аполлон», «Старые годы», знакомя уже столичного читателя с искусством российской провинции [50, 22–29].
Уже с первых самостоятельных шагов в искусстве П.М. Дульский включается активно в общественную работу. Он состоит членом Вятского художественного кружка (1909), участвует в работе Всероссийского съезда художников в Петербурге (1911), принимается в члены Общества археологии, истории и этнографии при Казанском университете (1914). Наиболее значительным его трудом дореволюционного периода становится книга «Памятники казанской старины» (Казань, 1914), в которой автор «открыл самим казанцам глаза на памятники местного искусства – архитектурного, иконописного, скульптурного, – мимо которых многие из них проходили до того, совсем их не замечая или не понимая их красот» [43; 78]. Книга получает высокую оценку в казанских, провинциальных (Нижний Новгород, Киев), столичных (Санкт-Петербург, Москва) и даже зарубежных (Лейпциг) изданиях и как первый серьезный искусствоведческий труд, целиком посвященный архитектуре старой Казани, дающий «хотя и краткое, но почти исчерпывающее описание памятников», и как превосходное по своему полиграфическому уровню издание, снабженное иллюстрациями, превосходящими по своему качеству даже столичные [48, 224]. Свою книгу автор посвящает не только сохранившимся памятникам, но и исчезнувшим зданиям конца XVIII – начала XIX века, опираясь на архивный и на изобразительный материал, что, очевидно, подталкивает его в дальнейшем к более глубокому изучению творчества казанских художников начала XIX века. Развитием темы архитектурного наследия становятся книги: «Зилант и Кизицы» (1917) [15], «Классицизм в казанском зодчестве» (1920) [24], «Барокко в Казани» (1927) [9]. Во многом описательный характер этих трудов, определяемый самим начальным этапом исследований, искупается полнотой изучаемого материала, обширным иллюстративным рядом, неизменно высоким полиграфическим уровнем изданий.
К архитектурной теме П.М. Дульский возвращается в конце 1930-х и в 1940-е годы, когда его педагогическая, организационная и научная деятельность оказывается связана с преподаванием графики на архитектурном факультете Казанского института инженеров коммунального строительства (1930–1941) и работой в составе Правления Союза советских архитекторов ТАССР (1940–1956). Он пишет предисловия к фотоальбомам «Казань XVI – XVII – XVIII столетий» (1943) [21], «Казань в девятнадцатом столетии» (1943) [22], «Архитектура Казани – столицы Татарской республики за 25 лет» (1945) [8], перенося свое внимание в последнем на современную ему архитектуру советского периода, в том числе и конструктивистскую, немногочисленные примеры которой в Казани представляют определенный интерес. В этот период П.М. Дульский много пишет о творчестве русских и западных архитекторов прошлого, устраивает выставки и издает каталоги и альбомы архитектурной графики, актуализируя классическое наследие, на которое в этот период ориентирована советская архитектура [50, 42–51].
Важную роль сыграл П.М. Дульский в музейном строительстве Советского Татарстана. В 1919 он был избран по конкурсу хранителем Художественного отдела Казанского городского музея , вошел в состав Казанского губернского подотдела Всероссийской комиссии по делам музеев и охраны памятников искусства и старины [57, 219] и активно приступил к пополнению художественного собрания музея . Процессу национализации частных собраний, сокровищ закрываемых монастырей и храмов казанский Подотдел по делам музеев (как и многие другие подобные организации по всей России) придавал, по мере возможности, упорядоченный и последовательный характер. Это позволило спасти от уничтожения в пылу революции и гражданской войны большое количество художественных и культурных ценностей, которые поступали на хранение в музей. Тесный контакт с Государственным музейным фондом (Москва) позволил в 1920-е – 1930-е годы значительно расширить музейное собрание, восполнив лакуны в коллекции русского искусства XIX века произведениями выдающихся живописцев И.К. Айвазовского, А.П. Боголюбова, А.К. Саврасова, В.Д. Поленова, В.А. Серова и других, сформировать представительную коллекцию русского авангарда из произведений В.В. Кандинского, Р.Р. Фалька, П.П. Кончаловского, М.Ф. Ларионова, Н.С. Гончаровой, А.В. Куприна и других, являющуюся сейчас гордостью ГМИИ РТ. Одним из приоритетов собирательской деятельности музея стало формирование коллекции современного искусства Татарстана .
В рамках художественного отдела ЦМТР были выделены новые подразделения: отдел древнерусского искусства, кабинет гравюр, созданием которых занимался П.Е. Корнилов , ученик П.М. Дульского еще по Первому реальному училищу в Казани, где и определилась судьба будущего искусствоведа [55; 156]. Собирательская деятельность обоих сопровождалась основательным изучением как отдельных произведений, так и творчества выдающихся и малоизвестных художников, представленных в музее, цельных художественных пластов отечественного и местного искусства.
Наиболее ценны для нас труды П.М. Дульского о художниках и архитекторах Казанской губернии первой половины XIX века: Льве Крюкове [26], Михаиле Коринфском [28], Карле Барду [23], Василии Турине [10], Эдуарде Турнерелли [37] и других, к изучению творчества которых он приступает, в большинстве случаев первым, опираясь на архивные и музейные материалы. Перу П.М. Дульского принадлежит первая монография о выдающемся русском художнике, выпускнике и преподавателе Казанской художественной школы Николае Ивановиче Фешине [30], чье творчество, развивавшееся на пересечении художественных стилей и направлений начала ХХ века, после его эмиграции в Америку в 1923 году стало достоянием двух стран.
Ряд трудов, освещающих широкий круг вопросов, касающихся истории и современного состояния искусства книги и книжной графики в России, определяют еще одно важное направление искусствоведческой мысли П.М. Дульского. В работе «Современная иллюстрация в детской книге» [35] раскрывается феномен расцвета художественного оформления детской книги в России в начале ХХ века. Важной составляющей этого труда стал «Список детских книг с иллюстрациями русских художников», сформированный по фамилиям художников. Отметим, что наличие серьезного справочного аппарата является характерной чертой большинства искусствоведческих трудов П.М. Дульского. Второе издание книги, подготовленное совместно с Я.П. Мексиным в 1925 году [38], охватывает и революционный период. «Книга и ее художественная внешность» [25] рассказывает об истории книгопечатания в Казани в XIX веке, уделяя особое внимание учреждению «азиатской» типографии для печатания книг на татарском языке, особенностям художественного оформления казанских изданий на русском языке. В обоих случаях автор не ограничивается заявленной тематикой, а включает изучаемое явление в контекст мирового искусства книги и истории книгопечатания. Эти труды также получают положительные отзывы специалистов на страницах русской и зарубежной прессы.
Так, А.А. Сидоров отмечает, что «при очень бедном нашем багаже литературы по книговедению она («Книга и ее художественная внешность». – О.У.) чудесно восполняет пробел, всегда бывший особо чувствительным: она посвящена в первую очередь культуре книги в русской провинции, которую мы всегда в центре знали чрезвычайно плохо [...]. Хотелось бы, чтобы вслед за Казанью и другие провинциальные центры книжного дела нашли себе столь же искусных описателей» [52, 222–223]. В.Я. Адарюков подчеркивает своевременность и необходимость второго, расширенного издания «Иллюстрация в детской книге» (1925), в связи с коренной перестройкой педагогического образования в стране [3]. В книге «Графика сатирических журналов 1905–1906 гг.» [14] П.М. Дульский делает небезуспешную попытку провести анализ сатирической графики на страницах столичных журналов, в период первой русской революции стремившихся одновременно решать как политические, так и художественные задачи, указать на ее европейские истоки.
Особое внимание уделяет П.М. Дульский феномену казанской графики 1920-х годов, свидетелем появления которой он был, выделяя, в первую очередь, деятельность графического коллектива «Всадник» (1920–1924), одному из немногих в России первой половины 1920-х годов объединений, развивавших гравюру как самостоятельное и самоценное искусство. П.М. Дульский регулярно помещает рецензии на его малотиражные издания (графические альманахи и авторские альбомы гравюр) в местной и центральной прессе («Казанский музейный вестник», «Печать и революция»), дает творческие характеристики членам «Всадника» в обстоятельной статье в журнале «Гравюра и книга» [19].
...Интерес П.М. Дульского к искусству татарской книги 1920-х годов и к творчеству целой плеяды молодых татарских художников-графиков, сформировавшихся во второй половине 1920-х годов, прежде всего в стенах Казанского художественно-театрального техникума , обусловлено и его личными пристрастиями, и значительностью художественного явления. Татарская книга 1920-х годов, в которой вековые арабографические традиции соединились с реализмом русского изобразительного искусства и авангардными новациями ХХ века, активно представлялась на российских (Москва) и международных (Париж, Лион, Нью-Йорк, Чикаго, Филадельфия, Лос-Анджелес) выставках 1920-х – 1930-х годов и вызывала живой интерес в России и за рубежом. В своем труде «Оформление татарской книги за революционный период» (1930) П.М. Дульский подводит итоги этого важнейшего для татарского искусства периода, подчеркивая, что «татарская печать за это время совершенно переродилась, [...] выявила свое самостоятельное лицо, дав целый ряд ценных достижений» [31, 7]. Он дает творческие характеристики наиболее ярким художникам-графикам, выделяет основные центры развития татарской книжной и журнальной графики, как практик полиграфического дела, указывает на основные причины имеющихся недостатков, обосновывает необходимость создания в Казани Полиграфического института.
С начала 1920-х П.М. Дульский занимается углубленным изучением татарского искусства – древнего и современного, народного и профессионального. Названия трудов говорят о широте охвата рассматриваемых автором тем: «Искусство казанских татар» (1925) [17], «Искусство в Татреспублике за годы революции» (1929) [16], «Несколько слов по поводу орнаментовки татарских памятников XVI – XVII вв.» (1929) [29], «Выдвиженцы на фронте искусства: [О молодых художниках-татарах]» (1929) [11], «Казанский каллиграф Али Махмудов» (1930) [20], «Скульптор Садри Ахун» (1931) [34], «Материалы по татарскому орнаменту» (1936) [27] и другие. В них автор впервые изучает вопросы татарского народного искусства с точки зрения искусствоведа, а не этнографа или историка, как это было ранее. Принимает участие в нескольких научных экспедициях в районы Татарстана: в 1919 [57, 221], 1923 [18, 17], 1928 [29, 1], 1930 [33, 88], на полевом материале, с привлечением для сравнительного анализа музейных материалов из ЦМТР, Государственного Эрмитажа, выявляет в памятниках материальной культуры татар (жилые дома, надгробные камни, произведения декоративно-прикладного искусства) XIV – XIX веков булгарский компонент и его более древние – иранские и персидские истоки. Отстаивает свою позицию, которая сегодня не вызывает сомнения, в споре с коллегами этнографами и архитекторами [27, 75].
Это направление научной деятельности П.М. Дульского во многом инициировано внешними причинами – работой с 1919 года в подотделе Всероссийского отдела по делам музеев и охраны памятников искусства и старины (который в 1923 был переименован в музейную комиссию при Академическом центре Татнаркомпроса [54, 75]), Доме татарской культуры (с 1927), Татарском научно-исследовательском экономическом институте (1930) и задачами сохранения, изучения и развития национальной культуры и искусства, поставленными перед научными сообществами и культурно-образовательными учреждениями. П.М. Дульский включается в работу «Научного общества татароведения», созданного при Академическом центре Татнаркомпроса в 1923 году , принимая деятельное участие в научно-экспедиционной [6, 165–166]), издательской и выставочной работе. О тесной и плодотворной связи с художественным сообществом Татарстана говорит избрание П.М. Дульского в 1936 году председателем Правления Союза художников ТАССР (в этой должности он проработал до 1939 года).
Надо отметить, что в 1920-е – начале 1930-х именно П.М. Дульский назначался, говоря современным языком, куратором наиболее важных выставок, представлявших Татарстан в столице и за рубежом, отвечая за разделы, связанные с культурой и искусством. Приведем наиболее значимые выставки: Всероссийская сельскохозяйственная и кустарно-промышленная выставка (Москва, 1923), Международная выставка декоративных искусств (Париж, 1925), Всесоюзная полиграфическая выставка (Москва, 1927), Юбилейная выставка народов СССР (Москва, 1927), Международная выставка искусства книги (Париж, 1931; Лион, 1932). Разделы Татарстана на этих выставках неизменно отличались как высоким уровнем научной обработки материала, так и эстетической стороной экспозиции, что отмечалось поощрениями и дипломами организаторам и участникам.
Выставочная деятельность Казани 1920-х годов, организованная П.М. Дульским и П.Е. Корниловым в стенах ЦМТР и направленная на популяризацию графического искусства, стала беспрецедентным явлением российской художественной жизни этого периода. Начало было положено летом 1922 года выставкой «Современная русская графика», а с 1924 стали регулярно проводиться персональные выставки художников-графиков. При устройстве этих выставок П.М. Дульский работал с московскими художниками, П.Е. Корнилов отвечал за ленинградское направление [13, 22].
Экспонентами выставок стали ведущие мастера русской советской графики: В.А. Фаворский, А.П. Остроумова-Лебедева, П.А. Шиллинговский, Г.С. Верейский, А.И. Кравченко, Е.С. Кругликова, Д.И. Митрохин, Н.Н. Куприянов, А.Д. Гончаров, В.Д. Замирайло, С.И. Лобанов, И.Ф. Рерберг, Г.К. Лукомский, Н.И. Пискарев, И.А. Соколов, а также казанские художники И.Н. Плещинский, В.Э. Вильковиская. Проводились выставки рисунков и акварелей живописцев К.Ф. Богаевского, К.Ф. Юона, А.А. Пластова и других. Уделялось внимание (по мере возможности) экспонированию зарубежной графики. Так, в 1928 году П.М. Дульский приложил немало усилий для того, чтобы выставка работ выдающегося немецкого графика Кете Кольвиц, организованная Государственной Академией художественных наук, была показана в Казани. Исторический срез русской живописи, графики и архитектуры (в том числе и провинциальной) раскрывался в экспозициях И.И. Шишкина, В.Г. Худякова, М.И. Бочарова, архитектора М.П. Коринфского и других.
Как справедливо писал сам П.М. Дульский, помимо культурно-просветительной роли этих выставок, за ними необходимо признать еще заслугу в научном отношении. Выставочная работа носила исследовательский характер, подытоживая и освещая целый ряд тем и периодов в искусстве, разработка которых в дальнейшем благодаря этому значительно облегчалась [13, 21]. Стоит отметить, что для многих экспонентов выставки в Казани стали первыми персональными (для П.А. Шиллинговского, Д.И. Митрохина и других).
Всего за период с 1922 по 1929 год было проведено более 30 графических выставок, каждая [12] из которых сопровождалась афишей и пригласительным билетом, прекрасно изданным каталогом. Статьи в каталогах П.М. Дульский и П.Е. Корнилов писали сами, а также привлекали известных столичных искусствоведов. Среди авторов – А.А. Сидоров, П.Д. Эттингер, Э.Ф. Голлербах, Н.Н. Машковцев, В.Я. Адарюков, А.А. Федоров-Давыдов, А.И. Аристова, А.Н. Греч и другие. Все каталоги, выходившие в свет «под наблюдением» П.М. Дульского (очевидно, что за этой формулировкой скрывается широкий спектр функций, осуществлявшихся «наблюдателем»), отличались единством полиграфического оформления, широким использованием иллюстраций – как репродукционного характера, так и печатавшихся с авторских досок. Сейчас все они являются библиографической редкостью и предметом пристального внимания собирателей.
Интерес П.М. Дульского к искусству книги носил не только теоретический, но и практический характер. Издательская деятельность – важнейший аспект научно-организационной и творческой работы П.М. Дульского. Она осуществлялась им под эгидой всех учреждений, в которых ему приходилось работать (ЦМТР, ДТК, ТНИЭИ, Казанский институт инженеров коммунального строительства (КИИКС), Казанский авиационный институт (КАИ) и другие), более того – часто именно им она инициировалась и развивалась (так же, как и выставочная деятельность этих учреждений). Под непосредственным руководством П.М. Дульского в отношении содержательной части, художественного оформления и типографского производства выходили каталоги выставок ЦМТР, ДТК, КИИКС, серия «Библиотека экскурсионной базы ТССР», где он работал заведующим (вып. 1–12, 1927–1929), «Материалы по охране, ремонту и реставрации памятников ТССР» (1927–1930), «Труды Дома татарской культуры» (т. 1, 1930), программы казанских театров (БДТ, ТГТОБ, ТГАТ им. Г. Камала), которые издавались Татарским отделением Всероссийского театрального общества и печатались в Ремесленном училище № 8 (быв. Полиграфшколе имени А.В. Луначарского) в 1944–1947 и др. [50, 76–78].
Под редакцией П.М. Дульского в Казани в 1920–1924 издавался «Казанский музейный вестник» – первый в России специализированный журнал, посвященный музейным вопросам. Он работал в редколлегии журнала «Казанский библиофил» (1921–1923), на страницах которого освещались вопросы книговедения, библиофильства. Важной стороной деятельности обоих журналов являлся их открытый характер, не ограничивающийся только местной проблематикой, но освещающий проблемы и процессы в соответствующих сферах в России и, что еще более показательно, – за рубежом. Придавая большое значение художественному оформлению изданий, П.М. Дульский привлекал ведущих художников: А.Г. Платунова оформила «Казанский музейный вестник», В.Д. Фалилеев – «Казанский библиофил».
Разнообразная художественная, искусствоведческая, музейная и научная продукция издавалась преимущественно на базе Полиграфической школы имени А.В. Луначарского при Татполиграфе (1922–1940) в Казани, где П.М. Дульский преподавал графику и полиграфию. Благодаря его художественному руководству, обеспечивавшему высокий полиграфический уровень изданий, в Полиграфшколе имени А.В. Луначарского размещали свои заказы издательства и учреждения не только Татарстана, но и Москвы.
Именно в качестве издателя П.М. Дульский оказался востребованным Всероссийской Академией художеств (ВАХ) в Ленинграде, куда был приглашен заведовать издательством и где работал в 1935–1936 и 1939–1940 (в связи со 175-летним юбилеем ВАХ) годах, выпустив в общей сложности 15 изданий (согласно справке ВАХ) [1, е.х. 92 (7)]. Однако по ряду причин вернулся в Казань. На приглашение, последовавшее от ВАХ в 1945 году, занять должности заведующего музеем, доцента Института живописи, скульптуры и архитектуры имени И.Е. Репина и заведующего издательской деятельностью Академии – он ответил отказом, не соблазнившись даже обещанием «всячески содействовать в перевозке библиотеки и имущества» (в данном случае, скорее всего, уже сказывался возраст, опасения не перенести сложностей, связанных как с переездом, так и с жизнью в городе, только что пережившем блокаду).
Менее известен П.М. Дульский как художник. Как справедливо отметила Е.П. Ключевская, эта часть его наследия «неизменно заслонялась другими сторонами его неисчерпаемо богатой творческой натуры, не получая заслуженной оценки» [46, 10]. С 1910-х годов П.М. Дульский, избрав для себя стезю искусствоведа, стал редко выставляться, отведя живописи и графике второстепенную роль. Но вместе с тем занятия изобразительным искусством всегда оставались непременной частью его жизни, отвечая внутренней потребности в художественном творчестве. Художник П.М. Дульский – типичный представитель русского искусства, сформировавшийся на рубеже XIX – XX веков. В своих произведениях он соединил лучшие традиции русской реалистической школы с новациями европейского модернизма. На протяжении всей жизни он занимался преимущественно графическими видами искусства: офортом, акварелью, но отдавая дань и живописным материалам: пастели, маслу. Созданные за долгие десятилетия многочисленные композиции разнообразного характера составляют своеобразную летопись жизни художника, «лирический, почти исповедальный художественный дневник» [46, 11], отражая географию его передвижений, профессиональные искусствоведческие интересы.
Художественное наследие П.М. Дульского сосредоточено в основном в казанских музеях. Так, в Государственном музее изобразительных искусств Республики Татарстан (ГМИИ РТ) хранятся 58 его произведений, выполненных в разных жанрах (пейзаж, в том числе архитектурный, натюрморт, портрет, интерьер и другие) и техниках (пастель, акварель, офорт) [39, 13–64]. В Национальном музее РТ – 50 акварелей и рисунков (преимущественно пейзаж), а также небольшой альбом, в котором на 14 листах есть этюды и зарисовки (пейзажи, портреты, жанровые композиции). В Музее истории Казанского государственного архитектурно-строительного университета, где П.М. Дульский преподавал в 1930–1941 и 1948–1956 годах, – пять рисунков. Отдельные листы находятся в собраниях Козьмодемьянского художественно-исторического музея имени А.В.Григорьева, Вятского художественного музея имени В.М. и А.М. Васнецовых.
Наиболее полно и интересно творчество П.М. Дульского представлено в частной коллекции московского библиофила и коллекционера Г.Е. Климова, которая насчитывает почти 130 произведений, охватывающих очень значительный временной отрезок – с 1903 по 1939 годы, отражая таким образом основные этапы художественного творчества П.М. Дульского. Коллекция выделяется даже среди музейных собраний, как по количеству, так и по художественному качеству произведений. Примечательно то, что она, в отличие от музейных коллекций, позволяет в полной мере оценить широту творческого диапазона художника, представляя не только графику (акварель, рисунок тушью, карандашом и другими инструментами), но и живопись (20 работ пастелью и 23 работы маслом). В ней проявляется жанровое многообразие (пейзаж, натюрморт, портрет, бытовой жанр, книжная графика), богатый арсенал художественных средств, которыми пользовался П.М. Дульский. Она позволяет проследить эволюцию художника от увлечения символизмом и импрессионизмом к реализму в его широком понимании, свойственном ХХ веку, что характерно для многих представителей русского искусства той эпохи.
Высокий уровень коллекции Г.Е. Климова был обусловлен, с одной стороны, счастливой возможностью свободного выбора из обширного наследия Петра Максимилиановича, сохраненного его дочерью , с другой – вкусом самого коллекционера, сумевшего выделить среди разрозненных листов наиболее интересные. В сентябре 2013 года коллекция Г.Е. Климова экспонировалась в Национальной художественной галерее «Хазинэ» (филиале ГМИИ РТ), что стало осуществлением заветной мечты ее владельца [53].
Важной частью творчества П.М. Дульского является его работа в области художественного оформления книги, которая прослеживается с 1910-х годов. Рисованные обложки казанских изданий: журнала «Вестник образования и воспитания» (1914–1916), каталога «Художественные сокровища Казани» (1916), «Каталога изданий Татиздата» (1923), Г. Малицкого «Бытовые мотивы и сюжеты народного искусства» (1923) и других – это отражение мирискуснических пристрастий П.М. Дульского, интерпретация народных орнаментальных мотивов, прямой отклик на столичную графику, возрождавшую традиции европейской книжной классики. Примечательно то, что П.М. Дульский занимался оформлением тех изданий, с которыми сотрудничал как искусствовед или автором которых являлся. Хотя есть достаточно много примеров того, как он привлекал других художников к оформлению своих книг – известных мастеров-графиков Г.И. Нарбута («Памятники Казанской старины», 1914), А.И. Кравченко («Иллюстрация в детской книге», 1925) и других. Вероятно, играл здесь свою роль и финансовый фактор.
В ситуации послереволюционного времени, с его известными трудностями, П.М. Дульский берет миссию оформления издаваемых им книг на себя, изобретательно выходя из сложных условий. Он вырабатывает определенный, хорошо узнаваемый модуль изданий: книжный блок небольшого формата, тщательно выверенные пропорции расположения текста с большими полями и интервалами между строк, что придает страницам удобочитаемость и композиционную легкость, небольшой набор декоративных элементов, тесно связанных с текстом по смыслу; старается снабдить издание необходимым количеством иллюстраций, не ограничивая их число, и в то же время так, чтобы они не перевешивали текст; очень любит фронтисписы (обычно это портреты), часто снабжая их прокладкой из папиросной бумаги, что придает изданиям еще больше изысканности и т.д. Он разрабатывает несколько вариантов типовых обложек, требующих минимума затрат, базируясь на полиграфических традициях начала ХХ века, придав им соответствующий духу времени рационализм: наборные обложки с минимальным текстом, взятым в изящную рамку, иногда с использованием небольших виньеток (политипажей); обложки из цветного картона с наклеенными этикетками, несущими на себе информационный блок; смешанный тип, в котором наборный информационный блок сопровождается отдельно напечатанной и наклеенной иллюстрацией.
В середине 1920-х годов П.М. Дульский все больше увлекается акцидентным набором, который становится основным методом его преподавательской и практической издательской работы в Полиграфшколе имени А.В. Луначарского, сам создает этим методом несколько обложек. Некоторые из них без всяких натяжек можно причислить к жемчужинам казанской типографики: в книгах «За социалистическую реконструкцию музея» (Казань, 1931), «Программа по высшей математике» Н.М. Пауткина (Казань, 1932) акциденция выступает средством создания фигуративной обложки, позволяя художнику изящно и изобретательно набирать задуманное изображение. Обложка «Актуальной графики» (Казань, 1935), одного из самых примечательных трудов П.М. Дульского, посвященного явлению, которое мы сегодня называем графическим дизайном, «выполнена сбитым шрифтом грубовато, что только украшает ее, усиливая ощущение технической сути» [47, 84]. В этой обложке П.М. Дульский выступает как функционалист, чутко улавливая наиболее актуальные европейские тенденции, осмелившись реализовать их в условиях нарастающего господства соцреализма с его тотальным погружением в неоклассицизм.
Таким образом, роль П.М. Дульского – первого казанского искусствоведа советского периода трудно переоценить. Это поистине знаковая фигура в художественной культуре первой половины ХХ века не только Татарстана, где он прожил большую часть своей жизни, но и России. Его научно-исследовательская, музейная, выставочная, издательская, педагогическая деятельность сделала Казань и Татарстан одним из ведущих в 1920-е годы центров развития искусствоведения и музейного дела России, способствовали развитию изобразительного искусства не только республики, но и страны. Многочисленные исследования П.М. Дульского заложили базу для изучения основных направлений изобразительного искусства и архитектуры Казанской губернии и Советского Татарстана, выявив приоритетные пласты русского и татарского, профессионального и народного искусства. Сформированные им вместе с коллегой по музейной работе П.Е. Корниловым направления комплектования и развития художественных коллекций Казанского центрального музея до сих пор лежат в основе деятельности Государственного музея изобразительных искусств Республики Татарстан . Преподавательская деятельность П.М. Дульского в различных учебных заведениях Казани: гимназии Шумковой, Первом реальном училище, Казанском художественно-техническом институте, Казанском институте инженеров коммунального строительства, Казанском авиационном институте – стала серьезным вкладом в профессиональное художественное и эстетическое воспитание нескольких поколений. Участие П.М. Дульского в организации российских и международных выставок искусства Татарстана, его публикации в российских и иностранных журналах, отдельные монографии, рецензируемые на страницах центральной российской и зарубежной прессы, вся его интенсивная издательская деятельность обеспечивали высокий уровень презентации искусства и искусствоведения Татарстана. Собственное творчество П.М. Дульского в области графики и искусства книги являются яркой страницей искусства Татарстана ХХ века. Богатые личные архивы П.М. Дульского и его творческое наследие, хранящиеся в музеях и библиотеках Казани, являются ценными источниками по истории изобразительного, декоративно-прикладного искусства и архитектуры Казанской губернии и Советского Татарстана, свидетельствами не просто современника, но активного участника художественного процесса.

Список источников и литературы

1. Научный архив ГМИИ РТ, ф. 4, оп. 2, е.х. 92 (Личный архив П.М. Дульского).
2. НМ РТ, Личный фонд П.М. Дульского, инв. № 12100181.
3. Адарюков В.Я. П. Дульский и Я. Мексин. Иллюстрация в детской книге... // Печать и революция. – 1925. – Кн. 5–6. – С. 545–547.
4. Валеев Р.М. Восточный разряд // Татарская энциклопедия. Т. 1. – Казань: Институт ТЭ, 2002. – С. 636–637.
5. Воробьев Н.И. Этнографические исследования в Татарской АССР с 1920 по 1927 год // Этнография. – 1927. – № 1. – С. 193–195;
6. Воробьев Н.И., Хисамутдинов Г.М. Исследования казанских ученых по этнографии народов Среднего Поволжья // Известия Казанского филиала Академии наук СССР, Юбилейный сборник. – Казань, 1957. – С. 163–168.
7. Выставка картин: «Художественные сокровища Казани» / предисл. А.М. Миронов, авт. вст. ст. и кат. Б.П. Денике, П.М. Дульский. – Петроград, 1916. – VIII с., 26 с., 12 отд.л.ил.
8. Дульский П.М. Архитектура Казани – столицы Татарской республики за 25 лет: Текст к фот. альбомов [№№ 3–10] / Под ред. гор. архит. С.С. Копеца. – Казань: Упр. гор. архит., 1945. – 48 с.: ил.
9. Дульский П.М. Барокко в Казани. – Казань, 1927. – 30 с.: ил.
10. Дульский П.М. Василий Турин, казанский художник XIX века // Старые годы. – 1915. – Дек. – С. 37¬–43: ил.
11. Дульский П.М. Выдвиженцы на фронте искусства: [О мол. худож.-татарах] // Красная Татария. – 1929 – 12 дек.
12. Дульский П.М. Выставки и новые приобретения Музея ТССР. // Материалы Центрального музея ТССР. – Казань, 1930. – № 2. – С. 34–39.
13. Дульский П.М. Выставки Центрального музея Т. С. С. Р. // Материалы Центрального музея Т. С. С. Р. – Казань, 1927. – № 1. – С. 21 – 23.
14. Дульский П.М. Графика сатирических журналов 1905 – 1906 гг. – Казань: Татгосиздат, 1922. – 104 с.: ил.
15. Дульский П.М. Зилант и Кизицы. – Казань, 1917. – 24 с.: ил., 1 л. ил.
16. Дульский П.М. Искусство в Татреспублике за годы революции: [Выдержки из докл., прочит. на заседании ОАИЭ 12 апр. 1928 г.] // Известия ОАИЭ. – Казань, 1929. – Т. 34, вып. 3–4. – С. 209–218: ил.
17. Дульский П.М. Искусство казанских татар / Предисл. И.Н. Бороздина. – М.: Центр. изд-во народов СССР, 1925. – 22 с., XVIII табл. ил.
18. Дульский П.М. Искусство Татреспублики на выставке // Труд и хозяйство. – 1923. – № 10. – С. 17–23.
19. Дульский П.М. Казанские современные графики // Гравюра и книга. – 1925. – № 1–2. – С. 30–44: ил.
20. Дульский П.М. Казанский каллиграф Али Махмудов: Очерк из истории востоковедения в Казан. ун-те // Вестник / Науч. о-во татароведения. – Казань, 1930. – № 9–10. – С. 172–177: ил.
21. Дульский П.М. Казань XVI – XVII – XVIII столетий: Текст к фот. альбома № 1 / Под ред. гор. архит. С.С. Копеца. – Казань: Упр. гор. архит., 1943. – 22 с.: ил., 7 л. ил.
22. Дульский П.М. Казань в девятнадцатом столетии: Текст к фот. альбома [№ 2] / Под ред. гор. архит. С.С. Koпеца. – Казань: Упр. гор. архит., 1943. – 28 с.: ил.
23. Дульский П.М. Карл Барду в Казани // Среди коллекционеров. – 1923. – Июль–окт. – С. 14–20: ил.
24. Дульский П.М. Классицизм в казанском зодчестве. – Казань, 1920. – 20 с.: 2 л. ил.
25. Дульский П.М. Книга и ее художественная внешность (в связи с казанским книгопечатанием). – Казань: Библиогр. кружок «Друзей книги»; 1921 (3-я Гос. тип.). – 58 с.: ил.
26. Дульский П.М. Лев Крюков: Материалы к истории миниатюры в России. – Казань: Изд. автора, 1923. – 68 с., 11 л. ил.
27. Дульский П.М. Материалы по татарскому орнаменту // Труды / КИИКС. – Казань, 1936. – Вып. 4. – С. 75–77: ил.
28. Дульский П.М. Михаил Петрович Коринфский (1788–1851): Очерк из истории провинциальной архитектуры первой половины XIX в. // Сборник в честь проф. В.К. Мальмберга. – М., 1917. – С. 105–122: ил.
29. Дульский П.М. Несколько слов по поводу орнаментовки татарских памятников XVI – XVII вв. // Материалы по, охране, ремонту и реставрации памятников ТССР. – Казань, 1929. – Вып. 3. – С. 22–26: ил.
30. Дульский П.М. Николай Иванович Фешин. Очерк: Б-ка иллюстрир. моногр. Отд. изобраз. искусств Казан. Наркомпроса; Вып. I. – Казань: Отд-ние рос. изд-ва, 1921. – 31 с.: ил., 12 л. ил.;
31. Дульский П.М. Оформление татарской книги за революционный период. – Казань, 1930. – 24 с., ил., 15 л. ил.
32. Дульский П.М. Памятники казанской старины и другие очерки об архитектуре Казани. 1914–1927 гг. – Репринтное издание. – Казань: Изд-во Сергея Бузукина, 2013. – [344] с. с разд. паг. : ил., 1 л. портр.
33. Дульский П.М. Поездка по изучению кустарных промыслов Татарской республики // Осведомительный бюллетень / ТНИЭИ. – Казань, 1930. – № 2. – С. 88–90: ил.
34. Дульский П.М. Скульптор Садри Ахун // За социалистическую реконструкцию музея. – Казань, 1931. – С. 89–91: ил.
35. Дульский П.М. Современная иллюстрация в детской книге: Докл., прочит. в Пед. о-ве Казан, ун-та 19 дек. 1915 г. // Труды и протоколы / Пед. о-во. – Казань, 1916. – Т. 3, кн. 2. – С. 156-188.
36. Дульский П.М. Современные казанские графики // Гравюра и книги. – 1925. – № 1–2. – С. 30–44.
37. Дульский П.М. Э.П. Турнерелли. Очерк. – Казань: Изд. автора, 1921. – 32 с., 8 л. ил.
38. Дульский П.М., Мексин Я.П. Иллюстрация в детской книге. – Казань: Изд. авторов, 1925. – 152 с.: ил.
39. Дульский Петр Максимилианович (1879–1956) к 130-летию со дня рождения. Каталог произведений из собрания Государственного музея изобразительных искусств РТ: Министерство культуры РТ, ГМИИ РТ / Сост. каталога С.Е. Новикова, вст. ст. Е.П. Ключевской, П.Е. Корнилова, П.М. Дульского. – Казань: Заман, 2009. – 64 с.: ил.
40. Злочевский Г.Д. «Минувшее проходит предо мною...»: люди, книги, судьбы. – М.: Инскрипт, 2012. – 856 с.: ил.
41. Злочевский Г.Д. Просветитель П.М. Дульский // Библиография. – 2010. – № 6. – С. 88–96.
42. Иван Иванович Шишкин. Живопись. Рисунок. Гравюра. Из собраний Государственного музея изобразительных искусств Республики Татарстан, Государственного Русского музея. Каталог выставки «Иван Иванович Шишкин. Жизнь и творчество. К 180-летию со дня рождения художника». ГМИИ РТ. Казань. 15 сентября – 18 ноября 2012 г. / Авт.-сост. Г. Рамазанова, авт. вст. ст. Г. Чурак, С. Кривонденченков, О. Улемнова и др. – Казань: Заман, 2013. – 184 с.: ил.
43. К.Х. «Чтения в церковном историко-археологическом обществе Казанской епархии». 1917 г., выпуск 1–3 (Казань, 1917 г.) // Казанский музейный вестник. – 1920. – № 3–4. – С. 77–78.
44. Ключевская Е.П. Из истории искусствознания в Татарстане // Татарстан. – 1996. – № 10. – С. 85–92.
45. Ключевская Е.П. Изящные искусства в Казанском университете. – Казань, 2008. – 128 с., ил.
46. Ключевская Е.П. Петр Максимилианович Дульский – художник // Дульский Петр Максимилианович (1879 – 1956) к 130-летию со дня рождения. Каталог произведений из собрания Государственного музея изобразительных искусств РТ. – Казань: Заман, 2009. – С. 10–12.
47. Кричевский В.Г. Типографика в терминах и образах. В 2 т. – Т. 2. 158 образов. – М.: Слово, 2000. – 158 с.: ил.
48. Лукомский Г.К. П.М. Дульский. Памятники казанской старины... // Искусство в Южной России. – Киев, 1914. – № 5–6. – С. 223–225.
49. Могильникова Г.А. Художник, историк, писатель // Комсомолец Татарии. – 1979. – 3 апр.
50. Петр Максимилианович Дульский 1879–1956. Каталог выставки из собрания московского библиофила Г.Е. Климова: Забытые имена подвижников культуры: Добровольное общество любителей книги РСФСР, Всероссийская ассоциация библиофилов, Выставочный центр «У книгоиздателя И.Д. Сытина» / Авт.-сост. Г.Е. Климов, авт. вст. ст. О.Г. Ласунский. – М.: Внешторгиздат, 1990. – 126 с.: ил.
51. Рамазанова Г.А. Петр Максимилианович Дульский. Музееведение и художественная критика 1920-х–30-х годов // Советское искусство 20-х–30-х годов. – Казань, Изд-во Казанского университета, 1992. – С. 157–166.
52. Сидоров А.А. Дульский П. «Книга и ее художественная внешность» (в связи с казанским книгопечатанием). Казань, изд. Библиогр. кружка «Друзья книги». 1921 г. (оттиск из журнала «Казанский библиофил» № 1, 1921 г.). 1000 экз. Стр. 58 // Печать и революция. – 1921. – Кн. 2. – С. 222–223.
53. Улемнова О.Л. Графика П.М. Дульского из коллекции Г.Е. Климова в Казани // Библиофильские известия. – 2013. – № 19 (зима). – С. 91–97.
54. Фаттахова Г.А., Валеев Р.К. Академический центр Татарии: 1920-е годы. – Казань: Татар. кн. изд-во, 2002. – 96 с.
55. Харшак А.А. Петр Евгеньевич Корнилов (1896–1981). Творческий путь. Становление // Новейшая история России = Modern history of Russia. – 2012. – № 2. – С. 153–174.
56. Хуторова Л.М. «Казань... Петру Максимилиановичу Дульскому» // Казань. 2003. – № 5-6. – С. 180–187.
57. Хуторова Л.М. Деятельность П.М. Дульского (1879–1956) в составе Казанского подотдела Всероссийской комиссии по делам музеев и охраны памятников искусства и старины при Татнаркомпросе // Государственная и муниципальная служба: история и современность (проблемы кадровой политики): в 3 ч. Ч. 1. Материалы Всерос. научно-практ. конф., посвященной 10-летию Академии государственного и муниципального управления при Президенте РТ / науч. ред. А.Н. Ершов. – Казань: Центр инновационных технологий, 2007. – С. 218–224.
58. Хуторова Л.М. Деятельность П.М. Дульского в контексте музейной культуры первой половины ХХ века // Краеведческие чтения и среды. Материалы заседаний, прошедших в Национальном музее Республики Татарстан в 2002 – 2003 гг. Выпуск 3: НМ РТ. – Казань: Школа, 2003. – С. 93–100.
O.L. Ulemnova
Russia, Tatarstan, Kazan
P.M. DULSKIY – AN ART HISTORIAN, MUSEUM WORKER, TEACHER AND ARTISt
The article discusses the scientific, museum, exhibition, publishing, organizational, pedagogical and creative activity of P.M. Dulskiy. The author shows his role as the founder of art criticism of Tatarstan.