Юридический адрес: 119049, Москва, Крымский вал, 8, корп. 2
Фактический адрес: 119002, Москва, пер. Сивцев Вражек, дом 43, пом. 417, 4 эт.
Тел.: +7-916-988-2231,+7-916-900-1666, +7-910-480-2124
e-mail: Адрес электронной почты защищен от спам-ботов. Для просмотра адреса в вашем браузере должен быть включен Javascript.,http://www.ais-aica.ru

Перевод сайта

ruenfrdeitptes

Новости от наших коллег

Информация с листа рассылки

Войти

Поиск

Dernières actualités Louvre

Musée du Louvre (Paris, France) : Dernières actualités

22 сентября 2020

  • La France vue du Grand Siècle
    Si les gravures de Silvestre ont été largement diffusées, ses dessins demeurent méconnus. Le musée du Louvre en conserve un ensemble exceptionnel qui sera  présenté au public pour la première fois.
  • Delacroix, le dernier combat
    Film de Laurence Thiriat Fr., 2016, 52 min Au crépuscule de sa vie, Eugène Delacroix se lance dans un chantier monumental, la réalisation de peintures murales pour la Chapelle des Saints Anges dans l’église Saint-Sulpice à Paris.
  • Imaginaires, représentations de l'Orient
    La Fondation Lilian Thuram pour l’éducation contre le racisme et le musée national Eugène-Delacroix s’associent pour construire un projet singulier d’exposition et de médiation, offrant de présenter les oeuvres de la collection du musée de manière renouvelée. Un accrochage inédit de la collection du musée, dédié à l’Orient et à ses représentations, est proposé du 11 janvier au 2 avril 2018.
  • Dans les pas d'un jardinier
    Colloque suivi d'un concert Sous la direction scientifique d’Hervé Brunon et Monique Mosser, CNRS, Centre André Chastel, Paris Le colloque s’inscrit dans le cadre de la programmation « Histoire et cultures des jardins », commencée en 2007 et conçue avec la collaboration scientifique du Centre André Chastel. Cette rencontre sera consacrée à la figure de Pascal Cribier (1953-2015), jardinier et paysagiste, qui fut notamment aux côtés de Louis Benech et François Roubaud le concepteur de la réhabilitation du jardin des Tuileries (1991-1996) et s’affirme, avec près de 180 projets réalisés à travers le monde, comme un maître d’œuvre majeur.
Самарский художественный музей

Бойчукисты и бойчукизм в Самаре


Тема родилась после знакомства с Л. Д.Соколюк,
преподавателем Харьковского художественного института.
Она предоставила информацию о художниках - бойчукистах,
а также, благодаря беседам с И.В.Карпуновым


События последних десятилетий, побудили заняться поисками имен неизвестных художников первой половины ХХ века, тех, кто работал в провинции. Волею случая довелось мне познакомиться с одним из старейших художников Самары, Иваном Васильевичем Карпуновым.
Уроженец Рязанских земель, после раскулачивания семьи, он сменил место жительства. Годы учебы в строительном техникуме в Москве, вынужденный переезд в Саратов, военная служба в Вольске до 1936. После демобилизации из рядов Красной армии, переезд в Куйбышев-столицу Средневолжского края - такова география судьбы этого человека. Здесь тогда существовало на паях, кооперативное товарищество «Художник», его деятельность отличалась многоплановостью. В ведении находился гипсовый завод, существовал текстильный цех, где знаменщицы вышивали знамена золотой нитью, моделировалась и создавалась одежда с украшениями в технике вышивки или росписи по шелку, изготовлялись куклы. В штате Товарищества работали также художники - живописцы. Помимо производственной деятельности, Товарищество имело свою студию, в которой преподавали опытные специалисты из художественных институтов Москвы и Ленинграда, регулярно приезжавшие в командировки.
Устроившись на работу в Товарищество, Карпунов обрел для себя учителя и друга на всю жизнь- художника – бойчукиста - Онуфрия Терентьевича Бизюкова.
Бойчукизм, как явление, возник в связи с деятельностью выдающего художника - новатора Михаила Леонидовича Бойчука. [1]
Онуфрий Терентьевич Бизюков, живописец. Жил в Киеве, (р.12\24\.6.1897г в Велиже Смоленской губернии). Учился в Киевском художественном институте (1923 по 1930г.) у М. Л. Бойчука. Был членом АМУ (1929-1932) [2]
Участник выставок в Миргороде с 1917года. За период двадцатых и тридцатых годов им были написаны картины: - «На пароходе, у котла» (Киев. Музей Украинского изобразительного искусства), «Пильщики» (там же), «Гармоника», «Красноармеец с конем». В последующие годы исполнил пейзажи «Старый Киев» (1947г.), «Днепровские дали»(1951), «Прибой»(1953), «Поздняя осень в Крыму»(1962)
Персональная Выставка О. Т. Бизюкова состоялась в 1959 году в Киеве. В альбоме 1977 года, изданном в Москве, воспроизведена  работа О.Бизюкова «Над Днепром»(1972), из цикла « На берегах Днепра». Самая полная информация о художнике, помещенная в биобиблиографическом словаре, в других источниках, не упоминает период пребывания художника - бойчукиста  в Куйбышеве ,на Волге.
Для того чтобы полнее представить деятельность бойчукиста в художественной жизни города Куйбышева, необходимо было найти документацию по кооперативному Товариществу « Художник».
К сожалению, полные архивы за 1936-1937 год не дошли до нашего времени, но некоторые документы за период 1939-1940й годы сохранились, имя Бизюкова упоминается неоднократно.
Из них - житейские документы: - заявление об оказании материальной помощи на ремонт жилья, и решение о выделении 500 рублей художнику от кооператива.[3]
Производственный протокол о принятии картин на контракт с Куйбышевским Товариществом работников искусства за №58 от 31.12.1940года, где члены художественного Совета рассматривали картины авторов И. Карпунова и О. Бизюкова.
Говоря о картине «Горький в Самаре» Н. Д. Козлов отметил:
«Она особенно интересна, разрешена хорошо в живописном отношении. Облик писателя отображает времена нахождения писателя М. Горького в Самаре. В среде наших художников, произведение Бизюкова является ценным и поучительным по своим и живописным качествам». Совет постановил признать работу О. Бизюкова ценной в живописном отношении. [4]
Существует еще один протокол №1 за 1941 год по оценке картины «Горький в Самаре». Работа была оценена в 7000 тысяч рублей.
Картина молодого художника И. Карпунова «Разгром подпольной типографии» была оценена в 5000 рублей.
Сохранились также документальные свидетельства о совместных работах двух названых художников над панно «Счастливое детство» с изображением Сталина и «Руслан и Людмила».[5]
Большой интерес представляет штатное расписание Товарищества на 1941 год с названиями лучших работ и оплатой по ним. Онуфрий Терентьевич Бизюков значился под номером номер шесть. Его выделили как живописца, автора исторического полотна: «Восстание крестьян в восемнадцатом веке» - (размер-150х2м,- получила оценку в одну тысячу рублей), и жанрового мотива - «На Волге» (размер 100х150, стоимость - три тысячи рублей) [6]
В архивных документах за 1945-46 годы нам удалось обнаружить список картин, отправленных на выставку в Москву в 1941 году и возвратившихся в Куйбышев. Картина Бизюкова нуждалась в незначительной реставрации, но сразу же по возвращении была подарена в Казанское Суворовское училище.
Помимо большого полотна «Горький на маевке в Самаре», на выставке в Москве находились другие картины О. Бизюкова. Они были обозначены под номерами. Номер десятый - «Пристань на Волге», номер девятнадцатый - «Стерлядь», номер сорок первый - «Горький на маевке». Одна большая картина - «Пастух» (размер 2м.-63см.) была продана за двести рублей в Москве.
Таким образом, те немногие документы, сохранившиеся в Государственном архиве Самарской области, показывают, что художник, работавший в штате Товарищества «Художник» пользовался уважением, получал заказы, его творческие и заказные работы высоко оценивались художниками, направлялись на выставки в Москву из Куйбышева.
Самую полную картину пребывания Онуфрия Терентьевича Бизюкова в Куйбышеве за период 1936-1942 годы обрисованы в воспоминаниях его друга, ученика и последователя Ивана Васильевича Карпунова.
Воспоминания И. В. Карпунова о бойчукисте О.Бизюкове были записаны в 1998 году
***
« После демобилизации из рядов Красной армии я приехал в 1936 году в Куйбышев. Проработав некоторое время помощником художника, во Дворце культуры Приволжского Краснознаменного округа, я познакомился с художником Сабановым и от него узнал о существовании Кооперативного товарищества « Художник». В товариществе меня встретили доброжелательно.
Председателем товарищества был тогда Попов Иван Павлович. Убежденный коммунист, энергичный активный человек, он стал мне покровительствовать, брал с собой на этюды. Естественно, я ничего не рассказал ему о раскулачивании нашей семьи. Сначала взяли с испытательным сроком, дали написать на пробу портрет наркома железнодорожного транспорта, я написал, и потом зачислили в товарищество.
Это объединение работало не только как производственные мастерские, но оно имело также студию по принципу художественного училища. Были педагоги, предметы: ― рисунок, живопись, ставились задачи по композиции. Всегда были постановки, натура, в строго определенные дни, часы. Пропускавшие, получали выговор.
В том же в 1936 году в товариществе появился Онуфрим Бизюков. Он учился у Бойчука, и когда всю группу Бойчука арестовали в 1935 году, на него не набросили петлю, ему сказали: выметайся отсюда, и, ты имеешь право жить только в областных городах. Ему  тогда было тридцать восемь, а мне двадцать семь лет.
Познакомились мы в мастерских. Я стоял в подвале у мольберта и рисовал  известный портрет И. В. Сталина с девочкой на руках, как раз делал цветы. Он подошел. - Здравствуйте!- посмотрел.
-О! Мне нравиться Ваше цветовидение - я тогда красил по - своему, ведь фотография была черно - белая.
-Только Ваши цветы разрушают цветовую плоскость, надо их внимательнее посмотреть.
Я тогда подумал: Вот человек, который понимает что-то. И с тех пор пошла у меня большущая связь с ним. Он бойчукист, все время мне рассказывал о Бойчуке, о его брате Тимке. Сам он был просто захвачен формально стороной.
Конечно, старался вести себя осторожно. Бывало, пойдем мы с ним смотреть картины на выставки, он оглядится по сторонам и скажет:
-Есть искусство, и есть говно! И подробнейшим образом станет объяснять, почему. Здорово говорил. Он меня полюбил, ну прямо, как родного!
-Ваня, тебе надо учиться, у тебя нет школы, тебе надо глаза ставить, надо познавать все азы мастерства.
И я старался все время быть возле него, и он всегда был со мной. Работали вместе над заказами. Как-то делали заказ для Чапаевского Дворца культуры - «Сталин среди народа». Котельников сказал: - Вы почему, Онуфрим Терентьевич отходите от репродукции?
А потом, они же люди образованные, Борисов с Академией Художеств; они понимали, что к чему, они постепенно привыкли и уже говорили потом:
- В чем дело? У всех, кто делает просто копию с репродукции - скука, а у Бизюкова непохоже, на то, что надо, но есть цвет, свет, все как - то, по - своему.
Я его тоже все спрашивал:
- Почему так? А он говорит:- Потому что, не копирую. Я строю композицию,- он делал картины с репродукции, но это были не копии, а что-то свое.
Чувствуя это, он делился:
- Ваня, я боюсь, так получается, что я, как бы, свое навязываю. А ведь я, высланный. Он так все это переживал. Но художественный Совет относился терпимо. Считали что да, вроде не похоже на репродукцию, а интересно.
В Художественном совете особенно тогда выделялась Татьяна Георгиевна Ржепецкая Бывший сотрудник ГосЭрмитажа. Из какой-то особой среды, семьи, высланная из Петербурга. Она окончила высшие курсы искусствоведения. Будучи культурным, образованным человеком, она Бизюкова восприняла, как большого художника, как истинного Мастера, безоговорочно, сразу.
Как-то Бизюков увидел, что я сочиняю - «Разгром подпольной типографии», он  так удивился: - Ваня, ты сочиняешь?
К нему хорошо относились многие художники. И молодые сразу увидели в нем Мастера. И, между прочим, он здесь с 1936 по 1941 год произвел какую-то революцию, все стали работать по-иному. Многие его глазами определяли композицию, живопись, плоскость, цвет и так далее.
А ко мне он испытывал особенно теплые чувства. Когда он умер, я не мог поехать хоронить его. Потом из Киева мне написал его друг, сообщил, что Онуфрий умер у него на руках
- Поскольку он все время о Вас говорил, утверждая, что есть такой замечательный человек в Куйбышеве, сообщаю Вам о его смерти.
Имущества какого-то особого у него не было. Когда-то я хранил его этюд, но у меня он пропал. Дружба наша длилась пять лет, но она была такой захватывающей и полной. Ведь мы виделись каждый день, и все разговоры были только об искусстве.
Когда у него появлялись деньги, тратил на книги.
- Ваня, у меня была такая библиотека! Все пропало, все разорено. Кстати, он тут же при Товариществе организовал библиотеку. Одевался просто, носил хлопчатобумажную одежду, но со вкусом.
- Иван, я на это обращаю особое внимание.
О своих родных и близких, так же как и Ржепецкая, почти ничего не рассказывал, но постоянно и много говорил о Бойчуке.
Особенно мне запомнился такой рассказ.
- Знаешь, что он делал? Видимо, совсем не представлял, в какое время мы живем, раз доходил до такой степени. В мастерской перед учениками он ставил два щита-планшета; на одном щите прикреплял репродукции с Репина, Маковского, а на другом щите помещалась громадная икона «Спас». Иногда вместо «Спасителя» помещал репродукцию с росписей мексиканского художника Диего Риверы, он с ним был хорошо знаком. Так вот он ставил и спрашивал:
- Что здесь хорошо, а что здесь г…?- Ребята, конечно, показывали на Маковского. - Вот это хорошо!
А он: - Нет! Наоборот! Повторяйте за мной! Это говно, а это хорошо!
Я верю Бизюкову, буквально одержимый бойчукизмом, он не мог такое придумать. Постоянно пересказывал мне мысли Бойчука о цвете, о ритме, о композиции.
И Борисов, и Копылов из художественного Совета говорили:
- Здорово интерпретирует композиции в репродукциях, как - то по - своему, преломляя.
Вскоре, в Товариществе он стал первым номером. Такие композиции! Такой цвет! Молодежь, после Пензенского или Саратовского училища прильнула к нему. Он охотно всем делился. Всегда по просьбе показывал этюды.
В начале войны, его и еще одного художника не призывали, послали в деревню, ну а потом, за нехваткой народа, его тоже призвали в армию. После победы он хотел возвратиться, осесть, стать волжанином, куда там, друзья из Киева никуда не пустили.
Когда он написал картину «Горький в Самаре, Ржепецкая  отметила влияние импрессионизма. Работу выделил искусствовед из Москвы, рекомендовал на выставку в столицу. Так полотно уехало и не вернулось из Москвы.
Мы его в Товариществе звали - «Бизюк». Он только Бойчуком и жил. От него я впервые услышал понятие - примитив.
В студии, когда он работал, все видели, что он все обобщает, не тушует. Элементы примитива имелись во многих его работах, даже в солнечной, почти пленэрной картине «Горький в Самаре». Онуфрий мне впервые рассказал об искусстве иконы.
Когда он уехал в Киев, наши разговоры прекратились. И он, и я в письмах боялись свободно говорить. А что если завтра придут и посадят. Лучше промолчать.
Некоторые выражения запомнились мне как афоризмы. Вот, например, это: - Зачем на плоскости делать дыры, надо все обобщать.
Как-то была у нас постановка, - обнаженная натура - двенадцатилетний мальчик. Так вот Бизюков сказал: - надо идти от натуры, но нельзя копировать натуру. Он взял, и все сделал на плоскости. А наши ведущие художники Борисов и Копылов ему: - Это что за плоскости, что это такое? Бизюков молчал, но по всему видно, будет стоять на своем. После занятий подошел ко мне.
- Ваня, что мне делать?
Я видел, там есть все, и в то же время, ничего такого нет. Невероятно! Он на меня очень сильно действовал.
Они подружились с Татьяной Ржепецкой, общение с ней как-то раскрепостило его. Благодаря профессиональной поддержке с ее стороны, он стал увереннее себя чувствовать
- Общее смотрите, форму не надо выделывать. Весь натурализм в области преданий.
Смотришь потом на натуру, и на лист, у него все решено иначе, но интересно. Конечно, не всем педагогам в студии Товарищества нравилось, что он спорит и отстаивает свои взгляды.
Как- то он умно устроил себе заказы. Никогда не брался писать портреты наркомов, членов Политбюро, всех министров того времени. Он делал только копии картин с репродукций. Поначалу некоторые интересовались, почему так? Потом отстали. Молодых интересовали методы его работы, сами работы, этюды.
Он любил все работы, созданные здесь. Как долго он искал картину - «Горький в Самаре». В каждом письме писал: - найди, пожалуйста, мою картину!
Основа его живописной доктрины - ритм цвета. У Бизюка это было во всех работах: синее, оранжевое - отсюда возникает пластика цвета. Красное, зеленое - все это организуется в картинную плоскость, все как будто просто, и в то же время сложно.
Бизюк вселил это в меня. Я делаю по-своему, но принципы те же, может, надо было бы как-то иначе понять мысли Онуфрима, но я принял это как основу. Цвет, композиция, ритм, все целое, обобщенное, никаких дыр не надо, никаких светотеневых объемов, никакого фотографизма, все надо заменять цветом, а цвет сам по себе все лишнее снимет. Бизюк мне часто об этом говорил.
Для меня он представлял художественную среду Киева, Запада. Ведь Бойчук учился в Париже. Композиция, цвет, ритм, - для меня это были самые передовые идеи. Все основы живописного искусства дал мне этот человек.
Он очень хорошо знал не только европейскую живопись, от него я узнал об иконе. В своей живописи я также следую иконе. Ведь русский примитив - это икона. Это самое истинное искусство. Основа всех моих композиций -  центральная ось, как в иконе, как в примитиве.
Я все время думаю, как же это могло произойти? Что же это было за время? Все, что было от души, попиралось. Из человека делали Урода, толкая к недомыслию.
Отсюда из Куйбышева он уехал в Киев с пустыми руками, — все пропало. Он после войны, с двумя ранениями довольно долго жил тут, искал свои картины. На складах фонда, нигде ни следа. Ничегошеньки.
А картина Бизюкова так и стоит перед глазами. Молодой Горький читает девушке свою прозу, а ее образ такой милый. И все на фоне Волги».
***
Много лет И. В. Карпунов работал в Художественном Фонде, преобразованном из кооперативного Товарищества « Художник». И лишь уйдя на пенсию, стал сочинять свободные картины. Работал уединенно, избегал большой, шумихи. Неохотно продавая свои творческие работы, этот Мастер долгие годы не решался на большую персональную выставку.
В сентябре 1997 года состоялось открытие художника на первой персональной выставке. Удивленные самарцы увидели подлинные шедевры.
Появление в художественной жизни Самары такого замечательного художника во многом, связано с именем Онуфрима Бизюкова. Карпунов в начале своего пути оказался в поле творческого воздействия этого интересного мастера, образованного человека. Продолжительные и стабильные отношения, занятия, совместная работа над заказами, все это оставило неизгладимый отпечаток в душе молодого художника.
Изначальная причастность Бизюкова к живописной доктрине М.Бойчука, привлечение молодого не оформившегося художника к определенной живописной культуре, к передовой традиции, естественно, по-дружески, первичная постановка глаза в характере «иного» пластического мышления, все это сделало творчество самарского художника И.В.Карпунова причастным к традициям бойчукизма.
Бизюков.Плотогоны. Еб-портрет Карпунов. Автопортрет Карпунов.Лето Онуфрий Бизюков Стадо.70-е

ПРИМЕЧАНИЯ:

1] Михаил Львович Бойчук - (30 октября 1882, Романовка -13 июля 1937, Киев)  художник-монументалист и живописец, педагог. Один из основоположников монументального искусства Украины XX столетия. Выпускник Краковской Академии, воспитанник учеников Я.Матейко - представителей  «Молодой Польши», С. Выспянского и Т. Мицинского, в 1907 году был отправлен как стипендиат Митрополита Шептицкого в Мюнхенскую Академию. Переписка с Шептицким свидетельствует о том, что молодого мастера  последовательно ориентировали на изучение  традиции византийской культуры.
В 1907 году художник оказался в Париже, и поступил в Академию Ронсона, где преподавали М. Дени, П. Серюзье. М.Дени утверждал, что истоки живописи необходимо находить в культуре древних народов. В 1908 году в Париже, знакомится с Пабло Пикассо и Диего Риверой
В 1910 году Бойчук участвовал на выставке «Салона Независимых» во главе группы - Школа Возрождения византийского искусства". Аполлинер отмечал, что данную группу отличает желание сохранить в целостности религиозное искусство Малой Руси.
После революции, М. Л. Бойчук, работая в мастерской монументальной живописи, в Киевском художественном институте, ориентировался на освоение традиций национального фольклора. Целью было создание художественного национального стиля. Ассоциация Революционного искусства Украины, основанная Бойчуком – реформатором, привлекла не только молодежь, но и крупных художников, таких как В. Татлин, В. Пальмов, В. Ермилов, О. Богомазов.
В 1934 году началась реформа украинского образования. Художественный киевский институт был назван Бастилией украинского национализма. В 1934 году  Бойчук арестован, расстрелян в  Киеве 13 июля 1937. Часть учеников подлежала высылке, один из них - О.Т. Бизюков некоторое время находился в Куйбышеве.
2] АМУ - Ассоциация искусства Украины    
3] Документы из архива. Протоколы и заявления Товарищества «Художник» (Ф.Р.-23111, оп.2, ед.хр.3, лист122.)
4] Документы из архива. Протоколы и заявления Товарищества «Художник» (Ф.Р.2311.оп.2,ед.хр.3, лист 135)
5] Документальные свидетельства о совместных работах двух названых художниках - (Ф.Р.3211,оп.1,лист 1А, лист 2).
6] Штатное расписание Товарищества на 1941, за 1945-46 годы, с названиями лучших работ и оплатой по ним. ( Ф. Р. - 2311,оп, ед.хр.29, лист11, лист 43).
***
Приложение.
Уроки Мастера
Иван Выгнанц вспоминал о посещениях мастерской Бойчука.
«Для большего наглядного убеждения он взял со стены старинный образ  Спасителя и начал объяснять  композицию приблизительно  так: - Вот, посмотрите, здесь нет ничего лишнего и непонятного. Все на своем месте, начиная от складок одежды и кончая надписями. Все представляет одно целое на этой иконе. Это произведение неизвестного народного мастера, но так нужно творить и сейчас, ибо в этом и есть суть искусства». Журнал АРКА. Мюнхен.1947г.№10.стр19-24.)

Выражаю благодарность А.Я.Басс, она сообщила, о местонахождении архива Товарищества «Художник», существовавшего в Самаре в тридцатые годы.