Перевод сайта

ruenfrdeitptes

Новости от наших коллег

Информация с листа рассылки

Войти

Поиск

В поисках дефиниции. СКБ номер раз.

Первая Северо-Кавказская Биеннале современного искусства, реализованная в Дагестане Арт-Центром «Первая галерея – Музей современного искусства Дагестана», вопреки ожиданиям некоторых искусствоведов и критиков, не обернулась ни провалом, ни профанацией. Но, наверное, не стала для искусства Северного Кавказа и большим достижением (не беря в расчет самоотверженную работу главного куратора проекта Джамили Дагировой и координаторов-волонтеров). Плюсы с минусами в примерно равной пропорции распределились по поверхности сложноскроенных работ осетинских художников и глянцу фотографов из Дагестана. Открытий не последовало. Никто не «выстрелил» так, чтобы все хором заговорили о рождении чего-то нового. Кто был силен, показал свою силу, от кого не очень ждали, от того и не дождались. Главное - в другом.
И тут, как ни крути, от банальной ретрансляции расхожих идей не отвертеться: надо сказать, что само осуществление Биеннале - большая удача, что это большое достижение дагестанского маркетинга и отражение налаженной системы горизонтальных экономических связей. Даже в арт-сфере. И даже, несмотря на то, что у художников Северного Кавказа есть опыт участия в зональных выставках под названием «Юг России».
Но «зону» проводит Союз Художников, - пирамида, с ее неминуемой позолоченной верхушкой и темным базисом основания. Это раз. В «зоне» принимали участие большие равнинные области и края, где функция соподчинения являлась желаемой в отсутствие всякой возвышенности. Это два. А три – это то, что на «зону» везли все. И офортик с прудом и рыбаком, и деревянного псевдо-божка, и большую картину маслом, в которой в допустимой пропорции 7 : 3 сочетались элементы искусства правого и левого.
Здесь же приходилось отсеивать и спорить, не пропускать, объяснять, причем иногда – объяснять, где пролегает та черта, что незримо отделяет современное искусство от искусства вообще. А иногда – как ни странно, было и такое, приходилось уговаривать выставиться. Хотя впрочем, чему удивляться, ведь на Кавказе живут очень самодостаточные, гордые люди, несмотря на то, что все предметы гордости давно пылятся в музеях и на книжных полках. Феномен преодоления Кавказской комплиментарности – это, по сути, одно из достижений Биеннале, об этом действительно стоит говорить.
Ибо она, эта комплиментарность, есть довольно специфический и очень ощутимый тормоз на пути развития регионального искусства вообще. Давно уже пора перестать оглядываться по сторонам, пугаться нехорошей оценки коллег и так называемых «старших товарищей», общественно-кланового порицания и так далее. В конце концов, ведь среди прочих, была заявлена и такая цель Биеннале – внедрение молодых авторов с Северного Кавказа в общероссийскую и шире художественную среду, и тут действовать надо средствами соответствующими. А среди них места комплиментарности быть не может.
Кстати о целях. В манифесте Северо-Кавказской Биеннале (далее – СКБ) обозначены две, отчасти взаимоисключающие или взаимозаменяющие цели, - объединение культур и создание новых художественных традиций. И если первая из обозначенных здесь целей вполне укладывается в транснациональную стратегию развития современного искусства с его всемирными ярмарками, где китаец неотличим от бразильца, то вторая, на мой взгляд, все-таки предполагает, что национальные (или локальные) художественные языки обретут еще более оригинальное звучание.
Конечно, говорить о том, что СКБ №1 добилась реализации этих целей нельзя, да и организаторы, надо полагать, понимали, что к этому ведет титанический труд, причем не кураторов (хотя и их тоже), а в первую очередь авторов. Понимали, но, надо отдать должное Джамиле Дагировой, - обозначили именно те болевые точки, на которые следует жать.
Что же касается объединения культур. Тут необходимо себе уяснить, каких именно культур, и для чего. Думаю, не ошибусь, если скажу, что имелось в виду скорее не объединение, а сближение. Нам в Дагестане это очень хорошо понятно, ведь процесс такого сближения – от одноаульных языков, культур двух-трех ущелий до языков и культур национальностей – идет давно, и идти еще будет. В контексте же всего Северного Кавказа большого культурного сближения ожидать не приходится, но впору говорить об особом взаимовыгодном симбиозе, таком художественном мутуализме, действительно необходимом, когда дело касается крупных форумов всероссийского и международного масштаба.
Создание новых художественных традиций и течений, формирование очагов повышенной художественной активности, поддерживаемой профессиональной кураторской работой, - это, прежде всего задача «максимум» для таких регионов Северного Кавказа, как Кабардино-Балкария, Карачаево-Черкессия, Чеченская Республика, Адыгея. Я сознательно исключил из этого списка Республику Северная Осетия-Алания и Дагестан. Первую – по той причине, что художественный язык, на котором изъясняются осетинские авторы – самобытный, узнаваемый, профессиональный. Его можно развивать, совершенствовать, универсализировать, но он сложился, он существует, он считываем. Современные дагестанские художники, наследники больших мастеров прошлого – от Евгения Лансере и Халилбека Мусаева до братьев Сунгуровых, Галины Конопацкой, Эдуарда Путерброта – нуждаются, пожалуй, лишь в одном – в достойной поддержке, которая подразумевает и понимание, и здравый пиар.
Мне меньше всего хотелось бы в этой короткой статье сетовать на отсутствие этой поддержки и понимания. Так как такая постановка проблемы словно бы невзначай уводит нас от проблем искусства, искусства современного, в область взаимоотношения власти и творца, олигархии и художественной интеллигенции. Здесь заведомо распределены роли, и не надо объяснять, что большинству Северо-Кавказских, и Дагестанских художников в частности, роль просителей набила такую оскомину, что ее не спрячешь под покровами общекавказской комплиментарности. Этот узел надо рубить – он не распутывается. При этом решение возможно только одно: перестать просить, перестать надеяться. И не тратить свои силы на ненужные реверансы. Ответом на реверанс со стороны власти может быть лишь поглаживание по головке. Для современного художника это оскорбление. На то он и современный, чтобы думать и действовать самостоятельно и оперативно, но отдавая должное вековому наследию своей культуры.
Дай бог, СКБ №1 не останется в истории искусства Северного Кавказа неким полу-мифическим событием, мемориалом кураторской доблести и целеустремленности. Увидеть тенденцию и засвидетельствовать рождение новых звезд мы сможем лишь в будущем, когда выйдут долгожданные сиквэлы.

Тимур Мусаев-Каган, художник, культуролог.