Юридический адрес: 119049, Москва, Крымский вал, 8, корп. 2
Фактический адрес: 119002, Москва, пер. Сивцев Вражек, дом 43, пом. 417, 4 эт.
Тел.: +7-916-988-2231,+7-916-900-1666, +7-910-480-2124
e-mail: Адрес электронной почты защищен от спам-ботов. Для просмотра адреса в вашем браузере должен быть включен Javascript.,http://www.ais-aica.ru

Перевод сайта

ruenfrdeitptes

Новости от наших коллег

Войти

Поиск

Объявления

Dernières actualités Louvre

Musée du Louvre (Paris, France) : Dernières actualités

27 ноября 2020

  • La France vue du Grand Siècle
    Si les gravures de Silvestre ont été largement diffusées, ses dessins demeurent méconnus. Le musée du Louvre en conserve un ensemble exceptionnel qui sera  présenté au public pour la première fois.
  • Delacroix, le dernier combat
    Film de Laurence Thiriat Fr., 2016, 52 min Au crépuscule de sa vie, Eugène Delacroix se lance dans un chantier monumental, la réalisation de peintures murales pour la Chapelle des Saints Anges dans l’église Saint-Sulpice à Paris.
  • Imaginaires, représentations de l'Orient
    La Fondation Lilian Thuram pour l’éducation contre le racisme et le musée national Eugène-Delacroix s’associent pour construire un projet singulier d’exposition et de médiation, offrant de présenter les oeuvres de la collection du musée de manière renouvelée. Un accrochage inédit de la collection du musée, dédié à l’Orient et à ses représentations, est proposé du 11 janvier au 2 avril 2018.
  • Dans les pas d'un jardinier
    Colloque suivi d'un concert Sous la direction scientifique d’Hervé Brunon et Monique Mosser, CNRS, Centre André Chastel, Paris Le colloque s’inscrit dans le cadre de la programmation « Histoire et cultures des jardins », commencée en 2007 et conçue avec la collaboration scientifique du Centre André Chastel. Cette rencontre sera consacrée à la figure de Pascal Cribier (1953-2015), jardinier et paysagiste, qui fut notamment aux côtés de Louis Benech et François Roubaud le concepteur de la réhabilitation du jardin des Tuileries (1991-1996) et s’affirme, avec près de 180 projets réalisés à travers le monde, comme un maître d’œuvre majeur.

Как мы сделали журнал.

Александр Якимович

Десять лет мы делали журнал «Собрание». За это время мы получили свою порцию поддержки и одобрения, и соответствующую толику претензий и неудовольствий. Но главное – мы кое-что поняли об искусстве, о нашей жизни, о себе самих.

Мы начинали наш проект в другое время. 2004 год – это была другая жизнь. Кончалась эпоха нестабильности, утихомиривалась новейшая русская смута. В 2004 году еще гибли люди в Москве. Но далее, как мы все помним, стабильность нарастала. Процветания в России не случилось, но некий намек на благополучие и нормализацию жизни образовался. Как говорят социологи, люди в больших городах России стали жить лучше, чем когда бы то ни было. Это выразительная формула. Она означает, что всегда оно было из рук вон плохо, а тут стало получше, чем всегда. Вероятно, мы еще будем вспоминать эти времена, как весьма благополучные.

Состояние общества в России было неважное. Оно за десять лет ухудшилось. Чтобы понимать это, не обязательно иметь дело с чиновными верхами и так называемыми правоохранительными органами. Достаточно быть не совсем слепым и не полностью бесчувственным. Состояние у нас такое, которое точно определяется в Библии: гроб повапленный. Вот где мы все и находимся.

Но можно жить среди своих и с ними вместе дышать. Вокруг любимые художники, студенты и аспиранты, сотрудники научного института, где я подвизаюсь. Рядом – семья, которая слеплена из того же материала. Дочь собственная, как и я сам – тоже один из авторов журнала. И не по блату папаши, но по заслугам. Рядом – друзья и коллеги, умница и надежная Наталья Борисовская, на которой держится журнал. Мы живем своим сообществом, мы одной крови. И у нас хорошая, надежная редакция, нас там поправят или поддержат, когда нужно. У нас куратор и опекун Валерий Павлович Новиков, энтузиаст и добровольный помощник. Коллекционер и управляющий хорошей галереи. Это всё и есть наше сообщество, в котором можно дышать.

А если еще посмотреть вкруг себя, то там и университеты Москвы и Петербурга, и Академия художеств, где много наших, и, разумеется, родимый АИС, где тоже наш дом. Да ведь всё вместе – это целая вселенная!

Мы делаем журнал не для всех и каждого, но и не для немногих избранных. Мы делаем журнал для нашей ближней вселенной. И еще мы взяли за основу один важный принцип. Вокруг нас то самое, что есть. А мы стали делать журнал так, как будто мы живем в процветающем обществе, вокруг одни только умные и хорошие и светлые люди. И Россия в цвету. Мы делаем такой журнал, как будто обращаемся к другой России, к виртуальной стране, где нет агрессивной тупости. Нет гнилого цинизма. Нет очумелых надзирателей сверху и одуревающих масс внизу. Как будто наваждение сгинуло и свалилось туда, куда и следовало. Понимаете? У нас всё хорошо, в нашей вселенной, в нашей России.

Иначе говоря, проект был утопический, мы делали журнал для другой России, которая существовала в нашем воображении. Можно ли удачно сделать журнал на такой основе?

Это стратегический вопрос. Мы делаем журнал для воображаемой лучшей России, которая не имеет ничего общего с официальной культурной политикой реальной власти. Наша Россия – это часть мировой семьи культурных стран. Это Россия Пушкина и Чайковского и Булгакова и Кандинского, но также и Феллини, и Пикассо, и прочих наших художников. А хороших не-наших художников вообще не бывает. Такая у нас картина мира. Наши в этом мире все хорошие художники, и поэты, и архитекторы, и музыканты. Отсюда ясная редакторская политика. Не-наших не существует. Нам внятно всё, и острый галльский смысл, и сумрачный германский гений. А если есть в нас скифская затравка, то и она пойдет в дело.

Это означает, что у нас выступают авторы любых убеждений и любых эстетических позиций. Нам интересны художественные произведения всех времен и народов. А выбираем мы своих по критерию профессионального качества. Мы же видим, кто чего стоит. За нами – коллективный отбор нашего сообщества, а мы профессионалы. И нам никакой райком и никакое министерство не предпишет, что такое хорошо и что такое плохо.

Как это ни странно, такая нереалистическая и непрактичная позиция редакции не только продержалась десять лет, но и оказалась вполне эффективной. Мы опубликовали довольно много важных научных материалов, немало открытий. Мы помещали острые, дискуссионные, экспериментальные теоретические тексты. Большое количество индивидуальных портретов художников прошлого и настоящего. Наша хроника художественной жизни имела свои ограничения (мы выходим раз в квартал, и горячий материал успевает остыть, пока журнал выйдет). Но действительно существенные выставки, книги, конференции у нас освещались на приличном уровне. И так далее. Есть чего стыдиться, но не очень много, а чего именно мне стыдно, я о том из скромности умолчу.

Кто наши читатели? Мы знаем, что печать, издательское дело, масс-медиа и прочие средства информации просчитывают и планируют свою аудиторию. У нас не массовое издание, это понятно априори. Считается, что журнал по искусству -- это узкопрофессиональный канал информации. Вроде как журнал для коллекционеров. Есть журналы для рыболовов и охотников, для любителей домашних растений. А тут для любителей искусства. В конце концов, название нашего издания – «Собрание». Это не есть специальный журнал для собирателей или для музейщиков. Слово «Собрание» имеет несколько смыслов. Это и собрание вещей. Коллекция. Но это и собрание людей. Благородное собрание. Высокое собрание. Собрание единомышленников. Собрание акционеров. Ученый совет – тоже собрание. Собираются люди, которые имеют общие идеи, интересы, намерения, и делают общее дело. То есть обсуждают важнейшие вопросы своего дела, требующие коллективного разума. Мне всегда хотелось, чтобы этот смысл был бы первым, а смысл музейный и собирательско-знаточеский был бы вторым. Мне важно людей собрать и под общей обложкой соединить. Чтобы под этой обложкой разворачивался бы виртуальный разговор.

Аудитория у нас – это свои люди. Мы издаем журнал не для коллекционеров как таковых, а для людей, которым искусство не чужое. Для тех, кто в этих пространствах живет и без них не жизнеспособен. Это узкая аудитория, или не узкая? Элитарная или какая? Да как сказать. Мы работаем для виртуальной России. В принципе мы так строим статьи, так сочетаем их друг с другом, чтобы каждому нормальному читателю, если он не совсем неотесанный, понятно было. Дешевку не пропускаем, а павлиньи перья умничанья тоже немножко убираем. Читают книги или вообще что-нибудь словами писаное сегодня далеко не все. Но писать мы требуем так, чтобы прочитать мог каждый.

Мы работаем для нашей светлой и лучшей России, а там у нас много читателей. Там мы договоримся и поймем друг друга. Там одни только наши: Валентин Серов и Сезанн, и мой Веласкес, и мой Шарден, и мой Гёте. Вы скажете, что это фантазии, редактор не в себе, и ему бы еще с Наполеоном поговорить. Или с Махатмой Ганди. С этими двумя мне бы не хотелось иметь дела, по разным причинам. У меня другие любимцы и собеседники. Монтень и Кант, Ватто и Моцарт, Пикассо и Маяковский -- вот ради кого стоит что-то понимать, что-то говорить и делать. Кто скажет, что наша аудитория не особенно широка? У неё нет берегов в пространстве мысли и творчества.

Вот с какими мажорными и светлыми мыслями я и предлагаю пройти по торным дорогам наступившего на нас тяжкой лапою 2015 года.